Глава 6. Я и мой шимпанзе

Текст предназначен для ознакомления и не является источником извлечения коммерческой выгоды.

*Перевод с комментариями Alex.


Глава 6-я, достаточно наглядная, так что обойдусь без комментариев, переведу только отрывки.

Первым, кто посоветовал мне обратиться к доктору Стиву Питерсу, был мой менеджер, Джанго Фанг. Он был уверен, что Питерс сумеет вправить мне мозги, и он же сказал мне, что Стив кайфует от бега, что естественно, привлекало меня к нему. Сказать, что Стив просто кайфует от бега, будет не совсем справедливым. Он бегал ещё в школе, будучи ребёнком, потом забросил бег до сорока лет. Потом он стал чемпионом мира в категории Мастерс на дистанциях 100, 200 и 400 метров (тебе должно быть больше 35-ти лет). Он бежал стометровку за 10.9 секунды и 200 метров за 22.21 секунды в возрасте 44-х лет. Этот чувак ненормальный, летающая машина.

Джанго доводил меня до белого каления, настаивая увидеть Стива. Наконец я согласился, но сперва доктор был очень занят. Он работал со многими спортсменами и командами. Потом он изучил мою историю и пришёл к Джанго: «Так, давай его сюда прямо сейчас! Парень в беде, и я могу ему помочь».

Он сказал мне: «Я знал, что тебе нужна помощь, и знал, что могу тебе помочь». И он это сделал. Если бы моя личная жизнь не рассыпалась на кусочки, не думаю, что я бы увидел Стива, а без него, я не думаю, что смог бы вернуться и выиграть два ЧМ подряд. Он выбил из меня всю блажь и заставил снова хотеть побед. Как часто случается, нет худа без добра.

После того, как Бредли Уиггинс стал первым англичанином, выигравшим Тур де Франс в 2012-м, он поблагодарил Стива Питерса за то, что он «показал мне, как правильно справляться с тревогами и страхами, и просто за то, что он лучший в мире эксперт по здравому смыслу». Он помог многим спортсменам с горячим темпераментом, таким как футболист Крейг Беллами, а сейчас он работает с Луи Суаресом.

— Иногда я просто не хочу быть там, Стив, — говорил я ему. Иногда я хочу забрать кий и просто убежать с арены домой. А потом, когда я добираюсь домой, я хочу взять тот же кий и убежать куда-то ещё. Наверное, назад, на арену. Это безумие.

А он говорил: «Ронни, это распространённое явление. Многие спортсмены проходят через это, и многие люди в повседневной жизни. Я называю это «режим заморозки».

— А вот был матч, когда я так и сделал, просто взял и ушёл, когда до проигрыша было ещё очень далеко, — я рассказал ему про тот матч с Хендри, когда я пожал ему руку при счёте 4:1, и все подумали, что я чокнулся.

— Ну, а что творилось в твоей голове в это время, Ронни? — спросил он.

— Не знаю… Я запаниковал, меня одолела паранойя. Я хотел сбежать. Не мог быть там, все на меня таращились. Хотел побыть наедине.

— Это режим полёта, — сказал он. — Со спортсменами такое случается гораздо реже. Режим полёта — это экстремальная форма заморозки. Он может принимать различные формы — сняться с турнира под предлогом того, что не готов, когда на самом деле это не так; или сдаться на полпути; или бороться с этим. Но то, что сделал ты — поднялся, пожал противнику руку и сказал, что с тебя хватит — действительно редкое явление.

Он объяснял всё простыми словами, говоря мне, что заморозиться или улететь — это отказаться от участия в борьбе, и я прекрасно его понимал.

— То, что ты делаешь, Ронни — это акт саботажа. Ты саботируешь свои шансы, и большинство спортсменов прошли через это в какой-то момент. Моя задача — помочь тебе перестать себя саботировать.

Он объяснил мне, как работает голова, и сказал, что она разделена на две части — человек и шимпанзе.

— Шимпанзе — это эмоциональная часть. Знай, что каждый раз, когда тебе хочется положить кий и уехать домой, или вообще не приехать на турнир, в тебе говорит твой шимпанзе. Говорит больше, чем ему следует.

Он сказал, что шимпанзе необходим — без него я бы не был той личностью и тем спортсменом, что я являюсь. Но когда шимпанзе у руля — всё летит в тартарары. Чёрт возьми, я прекрасно понимал суть этого! У меня на спине сидел огромный шимпанзе и орал мне в уши, давая советы, без которых я мог и обойтись.

Потом он рассказал мне про человека, противоположность шимпанзе. Он весь состоит из смысла и логики, и если слишком к нему прислушиваться, станешь слишком осторожным и даже боязливым. Всё сходилось. Когда меня тренировал Рей Риардон — он великолепно помог мне улучшить тактическую игру, но постепенно я стал всё больше осторожничать, и наблюдать за моей игрой становилось всё скучнее. Доктор Стив говорит, что идеальный баланс, компьютер, это когда человек и шимпанзе работают вместе, гармонично, и к этому он всегда стремился.

Я перепробовал много верований и религий в своей жизни — Буддизм, Ислам, Христианство… Но в конце концов, я понял, что это не для меня. Я просто хочу быть собой. Я хочу быть счастлив оттого, что я — это я. Я верю в людей больше, чем в богов.

И Стив Питерс был человеком, в которого я верил, ибо он научил меня, как подчинить себе своего шимпанзе. Как только я чувствовал, что он идёт, чтобы схватить меня за горло (шимпанзе, не Стив), я должен был повторять следующие ступени. Стив называл их пятиконечным якорем:

1. Делай наилучшее, что можешь — это всё, что ты можешь.
2. Я хочу играть и соревноваться — точка.
3. Я взрослый человек, а не шимпанзе. Я могу справиться со всем, с любыми обстоятельствами.
4. Невозможно играть хорошо всё время.
5. Что бы я сказал маленькому Ронни или Лили, если бы они сказали, что их игра ухудшилась?

Стив сказал, что чем притворяться, что шимпанзе не существует, надо принять его и узнать его получше. Он попросил меня вести дневник своих отношений с шимпанзе, вот несколько отрывков во время моей подготовки к ЧМ 2012:

Среда 15-е
Проснулся. Почувствовал, что шимпанзе сидит на мне. Говорит мне, что игра для меня закончилась, я должен быть дома с детьми, должен тренироваться, бегать, думать о том, чтобы не потолстеть. Я ему сказал, что не хочу это обсуждать, я хочу завтракать. А потом я хочу пойти и поиграть в снукер, и получить от него удовольствие.

Я пошёл играть в снукер, и начал великолепно. Ничего не мазал, и шимпанзе сидел тихо. Было пару раз, что я чувствовал себя некомфортно, делая удар, но я быстро убирал шимпанзе прочь, я кормил его логикой и фактами.

Факты: я сделал много великолепных ударов. Неправда, что я играю плохо. Логика говорит мне, что я не должен рвать на себе волосы.

Как только я с этим разобрался, я снова поймал волну.
ТО, ВО ЧТО Я ВЕРИЛ: Я не могу играть плохо и побеждать.
ФАКТ: Я играл плохо и выиграл три титула ЧМ.
ТО, ВО ЧТО Я ВЕРИЛ: Все играют лучше меня.
ФАКТ: Марк Уильямс говорит, что я лучше всех.
ТО, ВО ЧТО Я ВЕРИЛ: Я старею, и забиваю всё хуже и хуже.
ФАКТ: В отдельно взятых матчах я забивал хорошие длинные удары.
ПЕРСПЕКТИВА: Если я буду лежать на смертном одре, что я скажу Лили и маленькому Ронни? НАСЛАЖДАЙСЯ ЖИЗНЬЮ!!!
Что я предпочту — проиграть, но насладиться игрой, или победить, но быть недовольным своей победой? ПРОИГРАТЬ, НО НАСЛАДИТЬСЯ ИГРОЙ!

Четверг 7-е.
Проснулся. Почувствовал, что шимпанзе сидит на мне. Говорил мне — ты непостоянен, ты начнёшь мазать шары. Я дал ему выговориться, и сказал — так, теперь слушай меня. Я хочу играть, и я наслаждаюсь игрой, в последнее время я ей очень доволен. Мой разум стал намного чище, я со Стивом, а ты шимпанзе и говоришь мне полную ХРЕНЬ! Я не буду паниковать, я один из самых успешных снукеристов всех времён. Никто не подумает, что я плохой игрок, если я сделаю плохой удар, проведу плохой фрейм, матч или даже сезон — это нонсенс. Шимпанзе умолк, и мой разум очистился.

Вторник 24-е.
Проснулся, шимпанзе был тут как тут. Не так плохо, как прошлым утром, правда; он говорил мне, что моя правая рука потеряет точность удара.

Ведение дневника помогало мне чувствовать себя лучше. Очень полезно оглянуться назад, а иногда и больно. Это как напоминание о том, как сильно может завладеть мной демон саморазрушения, и как бесполезна цель добиться совершенства. Иногда дат не было.

Проснулся, обезьяна на мне. Не могу перестать думать о том, что же случилось с моей игрой, боли в груди, слабое дыхание. Вот как я себя чувствую (после победы над Джаддом 3:2 в Премьер Лиге и поражения Дину 3:1)

Была и такая восторженная запись, заглавными буквами и с огромным смайлом:

17 ДНЕЙ СНУКЕРА
ПОБЕДИЛ НА ЧЕМПИОНАТЕ МИРА
НЕВЕРОЯТНО
НУЖЕН ХОРОШИЙ ОТДЫХ
НЕ ПЕРЕГОРИ

Это был май 2012, после победы на моём четвёртом ЧМ. Но, естественно, к началу следующего сезона, шимпанзе был на своём месте, хлопая меня по плечу, таращась мне в лицо, и говоря мне, что я гавно.

НОВЫЙ СЕЗОН
Начал тренировки. Пару дней всё шло хорошо, потом новые гремлины/гоблины/шимпанзе опять взялись за своё. Пошли длинные глубокие раздумья, отрезавшие меня от реального мира. Могу ли я справиться? Хочу ли я справиться?

Вот список гремлинов/гоблинов/шимпанзе:
— плечо немеет, и я чувствую себя скованным, когда не играю
— думаю, что проиграю, моя игра недостаточно сильна
— теперь они все ожидают, что я буду побеждать. Ждут, пока я опять упаду
— надо было уйти на вершине
— надо летать в Китай три раза в год и т.д.

Я знаю, для большинства людей это покажется бредом, но это то, что творится у меня в голове, и так было последние 20 лет. И я знаю, что кажется, ещё большим безумием писать это всё в дневнике, но совет доктора Питерса завести дневник очень мне помог сохранить здравый рассудок. Результаты говорят сами за себя.