Глава 1. Входя во вкус

Текст предназначен для ознакомления и не является источником извлечения коммерческой выгоды.

*Перевод с комментариями Alex.


1-я глава повествует о том, как бег вошёл в жизнь Ронни, а потом стал неотъемлемой её частью.

Началось всё с того, что отец поднимал его каждое утро и заставлял бежать три мили, отмазки не принимались. Так продолжалось с 12 лет, и до тех пор, пока отца не закрыли. Ронни ненавидел бег, и моментально перестал им заниматься. Начал пить много Гиннесса, курить марихуану, жрать всё подряд, и к 20-ти годам весил под 100 кг. Всё это произошло так незаметно и органично, что Ронни и не замечал, пока в возрасте 20 лет не услышал, как какая-то девушка спрашивает: «А который из них Ронни — тощий или тот, жирный?» Он был с другом, которого жирным не назовёшь никак. На следующий день Ронни снова начал бегать, и за два года скинул 20 килограмм.

У Ронни очень увлекающаяся натура, и ему нужно что-то, кроме снукера, что-то, что помогало бы ему жить. Долгие годы он держался на наркоте, выпивке и Прозаке, потом в его жизнь вошёл бег, и постепенно вытеснил плохие привычки. Не один и не 5 лет ушло на то, что Ронни понял — без привычки, без всепоглощающей страсти ему никак, так пускай это будет полезная страсть. В 2004-м он записался в крутой атлетический клуб, и начал бегать с профессионалами. Он вошёл в топ 1500 игроков Британии, в топ 6 своего графства, а однажды даже выиграл какой-то местный забег и попал на спортивную страничку местной газеты. Для него это было равносильно победе на ЧМ по снукеру! Снукер отошёл на второй план, всё время и мысли были посвящены новому увлечению.

Бег многое дал Ронни, и многому его научил. Страдающий клинической депрессией, и привыкший получать серотонин из антидепрессантов, теперь он получал его, бегая. Стеснительный по натуре, трудно сходящийся с новыми людьми, он обрёл новый, обширный круг знакомств, обрёл людей без вредных привычек, сплочённых одним интересом — бег во имя здоровья. Несмотря на то, что снукер и бег очень разный виды спорта, какие-то элементы, аспекты, оказались полезны и для снукера. Например, Ронни заметил, что если бегать постоянно, то результаты ухудшаются. Атлеты перед марафоном вообще неделю не бегают, так, разминочка лёгкая. Раньше Ронни перед серьёзным турниром тренировался по 6 часов в сутки, наращивая нагрузки в течение месяца. Теперь же он за неделю до турнира вообще перестал брать в руки кий, и результаты улучшились.

Когда он победил в своём первом забеге, то обошёл около 200 бегунов на дистанции 5 миль, которую он прошёл за 27 минут, в первый раз в жизни обогнав своего друга «Сумасшедшего Ирландца» Алана. Они до сих пор бегают вместе, Алану 50 лет, но он бежит 10 км за 36 минут. Это было в 2008-м году и стало пиком формы Ронни, так быстро с тех пор он не бежал ни разу, и всё ещё пытается найти ту форму…

Переведу два отрывка — почувствуйте разницу, так сказать
От этого:
…В худшие времена мне нужен был косяк с самого утра, чтобы я хоть начал функционировать. Без этого я был неспокоен, меня мучала паранойя. И вот я подумал — а могу ли я снизить количество загулов до раз в месяц, или в два, три, четыре, а потом оторваться по полной? Но часто получалось так, что снукер становился на пути моих загулов, а не наоборот. Это было как будто я тренировал загулы, они были моими Олимпийскими Играми. Каждые четыре месяца я должен был убиться наглушняк. Я говорил себе — это хороший стимул оставаться чистым, ты будешь получать больше удовольствия, ты это заслужишь.

Я до сих пор не понимаю, как мне удавалось проходить тесты на наркотики в течение этого периода. Я помню как перед каждым ЧМ думал: когда он уже закончится, после него не будет никаких драг-тестов, целых три месяца, я могу отрываться без оглядки. Меня поймали однажды, ещё в начале карьеры, и всё. Меня тестировали между турнирами, и я всегда старался сделать так, чтобы к проверке у меня в крови не было никаких следов наркотиков, но я играл с огнём.

Мама однажды сказала мне: «Тебя поймают скоро. Ты не может это продолжать».

А я ответил: «Не, я буду в порядке. Если не передозировать, и останавливаться за неделю до турнира, всё будет ок».

До этого:
Я любил своё расписание. Мой приятель заезжал за мной, мы добирались туда в 11.30, переодевались, к 12-ти уже готовы, начинали забег в 12.30, время рассчитано, душ, бум бум бум. В пабе в 3.30 — 4, чисто на соке, сосредоточенные, все говорят о том, как пробежали, о времени, о забеге…

Забавно, как то что я хочу представлять свой Эссекс в национальном забеге стало для меня такой большой амбицией. Будем честными, в этом не было для меня ни денег, ни статуса — кто запомнит тебя только потому, что ты представлял своё графство в забеге? Очевидно, что с финансовой точки зрения мне надо было больше концентрироваться на снукере. И всё-таки было что-то, что меня подталкивало. Я не мог дождаться, пока этого добьюсь. Я начал думать, что это не менее важно, чем выиграть ЧМ по снукеру. Бег заменил встречи с анонимными алкоголиками и анонимными наркоманами. В моей жизни не хватало времени и для бега, и для собраний, и для снукера, что-то должно было уйти, и ушли собрания.